канд. мед. наук, преподаватель, кафедра рентгенологии и радиологии с курсом ультразвуковой диагностики,
194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6
Cand. Sci. (Med.), Lecturer, Department of Roentgenology and Radiology with the Course of Ultrasound Diagnostics,
194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6
д-р мед. наук, доцент, начальник кафедры рентгенологии и радиологии с курсом ультразвуковой диагностики,
194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6
Dr. Sci. (Med.), Associate Professor, Head of the Department, Department of Roentgenology and Radiology with the Course of Ultrasound Diagnostics,
194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6
д-р мед. наук, доцент, заведующий кафедрой сердечно-сосудистой хирургии, 191015, Санкт-Петербург, ул. Кирочная, 41;
профессор, 1-я кафедра хирургии усовершенствования врачей, 194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6
Professor, 1st Department of Surgery for Advanced Training of Doctors, 194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6;
Dr. Sci. (Med.), Associate Professor, Head of the Department, Department of Cardiovascular Surgery, 191015, St. Petersburg, Kirochnaya str., 41
канд. мед. наук, доцент, преподаватель, кафедра рентгенологии и радиологии с курсом ультразвуковой диагностики,
194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6
Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Lecturer, Department of Roentgenology and Radiology with the Course of Ultrasound Diagnostics,
194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6
врач-рентгенолог, клиника рентгенорадиологии и ультразвуковой диагностики, 194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6;
аспирант, факультет систем управления и робототехники, 197101, Санкт-Петербург, Кронверкский пр., 49
Radiologist, Clinic of Roentgenoradiology with Ultrasound Diagnostics, 194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6;
Postgraduate, Faculty of Control Systems and Robotics, 197101, St. Petersburg, Kronverksky pr., 49
канд. мед. наук, заведующий отделением лучевой диагностики, клиника рентгенорадиологии и ультразвуковой диагностики,
194044, Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, 6
Cand. Sci. (Med.), Сhief of Department of Diagnostic Radiology, Сlinic of Roentgenoradiology with Ultrasound Diagnostics,
194044, St. Petersburg, Acad. Lebedeva str., 6
Цель: оценить результаты планирования оперативных вмешательств с использованием трехмерных моделей, изготовленных на основе магнитно-резонансной томографии (МРТ), у пациентов с постинфарктными аневризмами левого желудочка (ПАЛЖ).
Материал и методы. В исследовании участвовали две группы пациентов с ПАЛЖ общей численностью 41 человек. В 1-ю (экспериментальную) группу были включены 17 пациентов, у которых ПАЛЖ была диагностирована по результатам МРТ, планирование оперативного вмешательства выполнялось по изготовленной 3D-модели сердца. Вторая (контрольная) группа была представлена 24 пациентами, у которых ПАЛЖ были диагностированы по данным эхокардиографии (ЭхоКГ) или вентрикулографии, а планирование оперативного вмешательства выполнялось по традиционным двухмерным срезам на экране монитора.
Результаты. Сравнение времени полного искусственного кровообращения (ИК) между группами показало наличие статистически значимых различий: в 1-й группе этот параметр составил 60 [56; 68] мин, в то время как во 2-й группе – 71 [61; 84] мин (р = 0,043). При сравнении времени общей продолжительности операции (1-я группа – 280 [265; 320], 2-я группа – 263 [248; 283], р = 0,055), общего времени ИК (1-я группа – 93 [86; 109], 2-я группа – 104 [83; 109], p = 0,653) и времени параллельного ИК (1-я группа – 31 [26; 39], 2-я группа – 27 [21; 32], p = 0,127) статистически значимые различия отсутствовали.
Заключение. Применение 3D-моделей для подготовки хирургов к пластике ПАЛЖ позволяет определить тип реконструктивной операции, отработать основные этапы предстоящего вмешательства, а также уменьшить время полного ИК при его проведении.
Aim. To evaluate the results of surgical intervention planning using three-dimensional models based on magnetic resonance imaging in patients with postinfarction left ventricular aneurysms.
Material and Methods. Two groups of patients with postinfarction left ventricular aneurysm (PLVA) were included in the study, totaling 41 patients. The first (experimental) group included 17 patients diagnosed with PLVA by magnetic resonance imaging (MRI), and surgical intervention planning was performed using a 3D model of the heart. The control group comprised 24 patients in whom PLVA was diagnosed by echocardiography (TTE) or ventriculography, and surgical intervention planning was performed using traditional two-dimensional slice images.
Results. Comparison of full perfusion under cardiopulmonary bypass (CPB) showed statistically significant differences between the groups: this parameter was 60 [56; 68] min in group 1 vs. 71 [61; 84] min in group 2, which was significantly higher (p = 0.043). There were no significant differences in total operation time (280 [265; 320] min in group 1 vs. 263 [248; 283] min in group 2, p = 0.055), overall CPB time (93 [86; 109] min in group 1 vs. 104 [83; 109] min in group 2, p = 0.653), and partial CPB time (31 [26; 39] min in group 1 vs. 27 [21; 32] min in group 2, p = 0.127).
Conclusion. The use of 3D models to support surgeons for PLVA correction makes it possible to determine the type of reconstructive surgery, practice the main stages of the upcoming intervention, and reduce the time of full perfusion under CPB during its implementation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.